21
мая, Пн
2 Новое

Рассказ епископа шокировал меня...

В 2000 году в составе какой-то американской делегации я оказался в офисе епископа Владимира Моисеевича Мурзы в Москве. Я точно не помню, как я затерся в эту делегацию, то ли в роли переводчика, то ли в роли водителя, но мне нечаянно выпала такая честь. Пока они обсуждали какие-то великие дела, я сидел в сторонке и скучал (тогда еще не было айфонов).

У меня была одна мысль — где бы попить нормальный кофе. Так, зевая, я коротал время... Как вдруг епископ встал и спросил, как меня зовут. Когда он услышал мою фамилию, он спросил, кем мне приходится Алексей Савочка. Я ответил, что это мой дед. Тогда он спросил: «А ты знаешь, что твой дед крестил меня?» Я хотел поумничать — типа, я догадывался, но, понимая какие 'шишки' тут сидят, я промямлил что-то вроде как — ого!

И тут епископ Владимир Мурза привлек внимание всех присутствующих и сказал: «Я хочу вам рассказать одну историю про деда этого молодого человека. Я про себя подумал: «Ничего себе, епископ знает какие-то истории про моего деда!»

Это было в 1941 году, — начал он. Немецкие войска оккупировали Западную Украину, в которой и наxодится город Степань, в котором жил пресвитер пятидесятнической церкви Алексей Савочка. Накануне что-то случилось. Партизаны убили немецких солдат, и в отместку немцы собрали все мужское население в одной клуне (это большое хозяйственное здание). Ходили слухи, что к вечеру всех мужчин за это расстреляют. Среди этих людей и был пастор Алексей со своим сыном Михаилом (моим отцом). К вечеру в клуню пришел немецкий офицер и начал проверять у всех документы. Когда очередь дошла до Алексея, то у него при себе оказались документы пастора поместной протестантской церкви и диплом евангельской семинарии города Данциг на немецком языке.

Оказывается, мой дед окончил перед войной семинарию в Германии. До войны эти территории не входили в состав СССР, поэтому там была полная религиозная свобода. Церкви росли, строились дома молитвы. И даже группа пасторов уехала учиться в библейский колледж, чтобы грамотно руководить поместными церквями. Проверив документы, немецкий офицер спросил: «А твои здесь есть?» (Он имел ввиду верующих). Очень много, — ответил Алексей. Короче давай так, ты стаешь сюда справа, забираешь всех своих и вы свободны! Мой дед не мог поверить своим ушам. Это было чудо!

Он медленно перешел по правую сторону офицера. Но, вдруг, неверующие люди со слезами на глазах начали проситься: «Пастор Алексей, я обещаю, что с этого дня буду ходить на собрание!» Люди становились на колени и умоляли, чтобы он назвал их имена, и отвел на свою сторону. Алексей был в замешательстве... И вдруг ему пришла идея! Он встал, и громко прокричал: «Все, кто верит в Иисуса Христа, становитесь ко мне сюда!» И все, как один, верующие и неверующие перешли на сторону Алексея. Офицер, через переводчика, обратился и сказал: «Ты меня не понял, мы разрешаем взять только своих людей из вашей церкви. Давай сначала. Стань по другую сторону, и отбирай своих!» Дед перешел на другую сторону и снова громко прокричал: «Все, кто верит в Иисуса Христа — становитесь ко мне сюда!» Все до одного перешли, ведь каждому хотелось жить... И тут, к всеобщему удивлению, немецкий офицер отпустил всех! В тот вечер церковь была переполнена новыми людьми, это было настоящее чудо!

Этими словами епископ Владимир Мурза закончил свою историю. Услышав это, я был шокирован, да и все собравшиеся там... Я много слышал историй из жизни моего деда, но я его никогда не видел, потому что он умер еще до моего рождения. Я знал, что он был пастором и насадил много церквей. Но эта история зажгла меня еще больше верить Богу, несмотря на обстоятельства...

Роман Савочка

По материалам romansavochka.com

BLOG COMMENTS POWERED BY DISQUS
Оформите подписку на наши новости, чтобы получать уведомления о поступлении новой информации на сайте.
Я хочу получать новости и подтверждаю свое согласие на сбор, хранение и использование моих персональных данных (ФИО и email) с этой целью в соответствии с федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных».